Ассоциация философского искусства

Ассоциация Философского Искусства

ГлавнаяОб АссоциацииФилософияАфоризмотерапияДайджестыФорум
АФИ-почта
Забыли пароль? Запомнить меня

 

 ШУРЫГИН ИГОРЬ  

 

ЩИТ ОБЕРОНА

Роман 

(фрагмент) 

 

Глава 1

Гномы Гвалт и Гвин ищут сокровища.

        Два брата гнома Гвалт и Гвин с трудом пробирались по узким лазам глубокой, извилистой пещеры горы Мон. Даже им, которые хорошо знали систему пещер страны Ландгард и за много лет исходивших её вдоль и поперёк, нужно было прилагать максимум усилий. Ибо эти проходы были для них новы, к тому же очень запутаны, а обвлы и подземные воды делали некоторые совершенно недоступными, и тогда приходилось идти в обход; местами даже вырывался опасный для жизни газ, подстерегающий свои жертвы. Но гномы были крепки и упорны, и очень хотели отыскать звёздную чашу, некогда, в незапамятные времена, упавшая на гору Мон – так говорилось в сказаниях, хотя это могла быть всего лишь придуманная кем-то легенда. Братьев, в придачу, связывала искренняя дружба, тем не менее, они частенько добродушно подтрунивали и подшучивали друг над другом, скрашивая тем самым трудный путь.

                                                                                                                                        Обсудить на форуме 

 

-          Эй Гвалт! Что   это  там впереди  тебя мельтешит?

-          Где? Не вижу я ничего такого, - удивился он, обарачиваясь.

-          Ну вон, прямо у тебя под носом, - глаза Гвина выражали ужас.

Гвалт остановился, сжав рукою кинжал, и с некоторым страхом вертя головой, накнец уставился на брата в недоумении и спросил с подозрением:

-          Что ты такое увидел мельтешащее впереди, причём где-то под носом?

-          Да бороду твою! – выпалил Гвин и захохотал оглушительно.

Гвалт было задохнулся от возмущения, но затем тоже рассмеялся, погрозив брату пальцем. Отсмеявшись они пошли дальше. Теперь уже Гвин шел первым. Вдруг под его ногами зашатался камень, за ним другой, третий.

-          Оползень! – успел крикнуть он и обрушился вниз.

Гвалт упал назад- страховочная верёвка натянулась как струна и стала его тащить к провалу, но он упёрся ногами в бугорок и затормозил.

-          Гвин, как ты там? – в голосе брата звучала явная тревога.

-          Могло быть и хуже. Однако тебе следует поторопиться .

Поднатужившись, цепляясь за уступы, раздирая руки в кровь Гвалт тянул брата, пока наконец тот не оказался на краю обрыва – а Гвалт же, тяжело дыша, растянулся на полу зловредной пещеры.

-          Спасибо тебе, братец! – с теплотой произнёс Гвин. – Век не забуду твоей самоотверженности . Проси у меня что хочешь.

-          Хочу, чтобы ты вместо болтовни посмотрел что с моими руками.

-          Сейчас, только твой фонарь возьму. Мой уже на дне – жаль его.

И гном, избежавший печальной участи, поднялся и, шатаясь, пошел на свет.

Пододвинув фонарь к Гвалту, он стал осматривать его руки, на которых были заметны крупные ссадины – особенно кровоточили пальцы.  Вытащив из сумки аптечку, Гвин ловко промыл раны и смазал целебным соком миро, покрывшим их быстросохнущим тонким и гибким слоем. Это дерево считается священным  и только раз в год, в строго определённое время, ночью, когда дерево спит, можно из пореза нацедить этот пахучий чудодейственный сок. Гвин потрепал ласково брата по густой взлахмаченной шевелюре, имевшую при свете дня приятный каштановый цвет. Ему исполнилось всего 74 года – Гвин же считался моложе на пару лет, но для гномов это юношеский возраст. 

-2-

-          Утомился, но ничего, отдохни, сейчас и перекусим малость.

-          Нет, не хочу – водички лишь испью, да пойдём помаленьку. А ты видать испужался брательник. Хе-хе-хе! Болтался как червячек на крючке. Думал небось: конец тебе пришел и по прямой в пасть Гарму. Хе-хе-хе!

-          Да-а! Было немножко, чего уж греха таить. Да и любой бы испужался –там пропасть такая, фонарь упал, а его и не видать. Эх! Солидное приключеньице . Ха-ха-ха! Я тебя тоже, придёт время , спасу.

-          Ага! Как же, дожидайся теперь. Ты тут говорил, будто ни в чём мне не откажешь – так я, вот то колечко хочу, что тебе фея Моргана дала.

Гвин слегка насупился, потом, тяжело вздохнув, промолвил:

-          Ну да ладно, бери, чего уж там, раз обещал.

Сняв кольцо с алмазом, которое необычно светилось даже при самом тусклом освещении и имело волшебные свойства, хотя он точно и не знал какими именно, протянул Гвалту.

-          Да ты не расстраивайся,- заметил тот, - вот ты меня спасёшь и у меня его назад попросишь… А я вот возьми и не отдай. Ха-ха-ха!

-          Тьфу ты, негодник! Это же надо такое сказануть, давай потопали, а то ещё чего-нибудь выдумаешь.

Лаз неуклонно поднимался вверх, идти было трудно, и примерно через полчаса, проход вывел их в огромный зал. Свет фонаря растерялся от таких размеров, робко разлившись вблизи и выявляя потрясающую картину, полностью изумившую гномов, повидавших в жизни немало подземных диковинок. Сталактиты и сталагмиты удивительных форм переливались нежнейшими оттенками всех цветов радуги:  арки, колонны, белоснежные гирлянды, занавесы тончайших длинных сосулек тянулись перед ними, скрывая за собой как  бы застывший водопад из образований кальцида, омывающейся струями воды; пол местами гладкий как зеркало молочно-белого или зеленоватого цвета, а местами сплошь усыпан пышными узорами и кристаллами, будто драгоценными каменьями. Между прочим, вначале они так и подумали. Гвин даже отколупнул один, чуть не поранившись, и, хорошенько присмотревшись, понял, что это разновидность горного хрусталя.

-          Всё сходится, - восхищенно заявил Гвалт.

-          Что сходится?

-          Ну полегенде, которую нам Друм расказывал.

-          Про упавшую здесь звезду ? И ты веришь этому завзятому выдумщику ?

-          Так там про такой зал и говорится, а потом должен быть хранитель.

-          А вот сейчас мы на него и поглазеем,- произнес саркастически Гвин.

Они шли сквозь это каменное сказочное диво, немея от восторга, пока не уперлись в стенку, отыскивая проход, то и дело оглядываясь назад.

Наконец обнаружилось узкая расщелина, по которой они с сожалением двинулись дальше.

Вскоре   их ожидал  другой  зал, но что-то мрачное и зловещее таилось в нем. И по коже у гномов полезли мурашки, хотя трусами их назвать было никак нельзя.

Постояв, осмотревшись, они, подталкивая друг друга, мелкими шажками тронулись на встречу неведомому. А когда прошли уже наверное метров двадцать, услышали непонятный звук: то ли это был шорох крыльев, то ли легкий скрежет когтей о камни-во всяком случае, они остановились как вкопаные.

Вдруг жуткий рев, усиленный эхом, обрушился на них, и кошмарная фигура: мохнатая и бесформенная бросилась на Гвалта, стоящего с фонарём ближе к ней. Увёртываясь, Гвалт упал, выронив фонарь, хотя и успел вытащить кинжал и бешено отмахивался им, но уже по лицу его текла кровь от когтя чудовища.

 

-3-

 

И тут Гвин, словно очнувшись, заорал не своим не своим голосом и кинулся на существо. Он успел полоснуть его лезвием по морде и был отброшен, а встретившись со зловещим взглядом, несколько оцепенел от страха.

Гвалт вновь пытался пару раз нанести удары, но безрезультатно – острый клинок скользил по шкуре не причиняя вреда. Существо вцепилось одной лапой в грудь Гвалту, благо не проткнув когтями, ведь куртка на нём была из прочной толстой кожи, а другая уже хотела сомкнуться на горле – ещё мгновение и смерть забрала бы доблестного гнома. Однако, Гвин, очутившись за спиной этого чудища, вонзил свой кинжал между шеей и ухом, где шкура была потоньше.Раздался страшный рёв, зверь ослабил хватку, развернулся,  схватил Гвина и с такой силой бросил его на пол, что он тут же потерял сознание.

Прижатый мохнатым телом, Гвалт не знал что делать, и когда отвратительная морда оказалась перед ним, он инстинктивно выбросил вперёд руку, и кольцо с алмазом блеснуло ей прямо в глаза. Зверь отпрянул и застыл, будто загипнотизированный, а потом вдруг медленно осел на пол, удивлённо таращась по сторонам. Гвалт кое- как высвободил ноги из под раскачивающегося туловища, пытавшегося подняться, и тогда, подобрав обронённый кинжал, что есть мочи всадил в горло. Зверюга вздохнула и испустила дух. Гвалт тут же бросился к брату.

-          Гвинчик, ты жив? – тормошил он его.

Но тот лежал без движения и биение жизни не чуствовалось в нём . Гвалт заплакал и капли слёз стекали на дорогое ему лицо: с неровным, слегка шишковатым носом, зелёно-коричневатыми глазами, пухловатым ртом, и горчичными волосами; не сказать красивое, скорее симпатичное.

-          О Гвин! Прости меня, что не уследил за тобой,- запричитал он сквозь слёзы,- прости за то, что был груб с тобой, порой даже несправедлив, прости за мои насмешки, за то, что так мало ценил тебя…

-          Это верно совсем не ценил, - услышал он шепот.

-          Гвин, ты жив?! Вот же притворщик, чего я распинаюсь тогда. Ишь ты! А ну поднимайся давай живо, нечего тут бревном валяться.

Гвин с трудом сел, постанывая, жалобно говоря:

-О моя голова! Боже! А тело! Кажется нет ни одной целой косточки, я даже шагу не смогу ступить.

Гвалт, тем временем, ощупывал брата.

-          Ничего, ничего,  всё у тебя цело – это просто ушибы, будешь ходить за милую душу.

-          А что с этим гадом, который меня чуть не прикончил?

-          Мёртв, убил я его. Это твоё кольцо помогло, а я уже довершил дело. Если бы не ты, то он меня бы задушил.

-          Ага! Значит я тоже тебе спас жизнь! А ну давай колечко назад.

-          Ладно, на бери, хотя ты этого и не заслуживаешь.

-          Подожди, у тебя кровь, - заметил Гвин.

-          Ничего, потом, вдруг зверь не один.

Они подошли к существу. Это был самый настоящий монстр. Он лежал в луже черной крови, пасть, с хищным оскалом, у него была приоткрыта, а из неё торчали острые клыки; большие глаза на выкате, какого-то мутно-оранжевого цвета, уже остекленели, и вместе с вывалившимся языком производили отталкивающее впечатление. И безобразно - мохнатое мощное тело довершало жутковатую картину.

-          Кто это? – спросил Гвин.

-          Наверное тролль, мне, правда, такого не доводилось видеть. Хотя…. Вряд ли это он, его просто так я бы не убил. И опять всё сходится с легендой – это верно тот самый хранитель…

-          Нет, вряд ли, что он тысячи лет по твоему  живёт.

-4-

-          Ну не знаю, - растерялся Гвалт, тем не менее упрямо настаивая на своём, - может это его потомок, а может и сам так долго живёт, во всяком случае, мы уже наверняка недалеко. Потопали!

Но когда они подошли к проходу в нос им ударил такой смрад, что гномы закашлялись и чуть было не повернули назад. Однако, превозмогши возникшую тошноту и прикрыв носы колпаками, они ринулись вперёд с быстротой на какую были только способны, и, проскочив пещеру, в которой зверь по-видиму и жил, оказались в туннеле с гладкими стенами и таким же полом, несомненно сделанными исксственно. Он был прямым, с редкими ответвлениями, и всё время забирал влево. Братья двигались осторожно, держа оружие наготове, изредка перешептываясь и бросая подозрительные взгляды в тёмные закоулки. Стояла полнейшая тишина и каждый шаг звучал наглой дробью в этом неведомом царстве. Пройдя так метров сто пятьдесят они упёрлись в стенку, в самую обыкновенную, хорошо обработанную стенку. Гномы непонимающе уставились на неё.

-          Как ты думаешь Гвалт, куда мы пришли?

-          Я думаю, это тупик и надо искать другие проходы.

-          А как ты думаешь, зачем долбить такой длинный коридор, чтобы никуда не привести?

-          Да, зачем?

-          Это я спрашиваю зачем, - рассердился Гвин.

-          Да откуда же мне знать, что я его долбил?!

-          Вот же дубина! Да кто же будет долбить зря – это не просто стена, а наверняка подвижная стена или в ней где-то находится дверь.

-          Ну кончно умник, может ты мне ручки покажешь или хотя бы замочную скважину.

Но Гвин не слушал его и метр за метром обследовал поверхность.

-          Что обнаружил? – ехидно спросил Гвалт.

-          Да, обнаружил что ты тупица – ручек нет, потому что она открывается во внутрь скалы, а вот как пока не знаю. Возможно с помощью магии.

Гвалт скорчил кислую гримасу, когда его обозвали тупицей, но совсем не обиделся, лишь сделал соответствующий вид и демонстративно отвернулся .

- Ладно, давай перекусим, - примирительно предложил Гвин, - а то я уже умираю с голоду. Головоломкой заниматься приятней на сытый желудок. Они сели на пол, достали овсяные лепёшки, с сушёнными фруктами, и принялись молча есть, запивая их водой. После окончания трапезы Гвин сказал: “ Ну вот, подкрепились, можно и поспать.” 

- Все бы тебе дрыхнуть, но мне что-то не хочеться в таком подозрительном месте, - слегка съязвил Гвалт, вставая и подходя с фонарем к стене.

        Он ходил туда -сюда вдоль нее, бормоча себе под нос невнятные слова, изредка сопровождаемые чудными возгласами, типа: “ Трах-тарарах! “ “Бах-тибибитах! “ Гвин вначале с удовольствием вслушивался в заковыристые фразы, а потом крепенько задремал, когда вдруг почувствовал сильный толчок в плечо и над ухом заревел голос:

-          Вставай! Оболтус! Бей троллей!

Гвин вскочил, ничего не понимая, и стал махать перед собой кинжалом, дико озираясь. Раздался хохот. Это Гвалт сумашедше хохотал, держась за живот и тыча пальцем в сторону Гвина. Тот, еще окончательно не проснувшись, недоуменно смотрел на брата, и наконец, поняв в чём дело, бросился к нему, и принялся тягать его за бороду, приговаривая:

-          Погоди! Я сейчас тебя обрею, шутник-проказник!

Они оба упали и продолжали теребить друг-друга – слышно было лишь сопение и короткие возгласы.

-          Ну всё, всё, хватит, - прохрипел Гвалт, - ишь как озверел, пошутить нельзя. Да погодь ты! Я тут обнаружил на стене кое-что.

Братья поднялись тяжело дыша и отряхиваясь.

-          Всё таки ты просто лешин сын, - проворчал Гвин, - ну давай показывай.

 

-5-

На левой стене туннеля, чуть выше уровня их голов, были заметны при внимательном осмотре трапецивидные углубления: одно, величиной под куриное яйцо, другое поменьше.

-          Я и так, и сяк пробовал их нажимать,- произнёс Гвалт,- никакого успеха, но для чего-то они предназначены.

Гвин поднёс руку, пытаясь тоже нажать, и углубление слегка засветилось, убрал – потухло.

-          Странно, у меня такого не было, - изумился Гвалт.

И точно, от его прикосновения ничего не произошло.

-          Кольцо, дело в кольце! – воскликнул Гвин.

Но в этот момент прямо из стены выплыло светящаяся бледно-розовым цветом человеческая фигура, с неуловимыми чертами лица, лишь глаза пылали ярким огнем, - и встала перед ними.

-          Кто вызывал меня ? – простучало молоточками у них в головах.

Гномы испугано прижались к стене.

-          Кажется ты перепутал, - прошептал Гвин, - он хранитель, а не тролль.

Гвалт же вслух, запинаясь, пролепетал:

-          Я лично никого не вызывал. А ты ? – обернулся он к брату.

-          Что ты ! Что ты ! Некого мне вызывать, - отмахнулся Гвин рукой, словно от назойливой мухи, судорожно проглатывая слюну.

-          Тогда зачем вы здесь ? – грозно спросил хранитель.

Гвалт ничего не мог придумать и потому брякнул:

-          Да мы, собственно, звездную чашу ищем.

И сам похолодел от сказанного. Фигура шагнула к ним и братья, в безотчетном страхе, прикрылись от струящегося света руками.

-          У тебя кольцо-ключ, - промолвила она, - и помыслы ваши не враждебны, я разрешаю вам войти.

Фигура повернувшись, вновь исчезла за стеной.

-          Чудеса, да и только, - почесал затылок Гвалт, - надо сматываться побыстрее, не нравится мне всё это.

На что Гвин пожал плечами.

-          Ты же сам хотел найти сокровище. Мы столько преодолели и нас теперь приглашают войти – еще подумает струсили.

-          Но как мы войдем ? – вскричал с досадой Гвалт.

Гвин же рассматривал кольцо, - “ все дело в нем, да это так, - размышлял он едва слышно, - надо попробывать."” И решительно сняв его с пальца вставил камнем в небольшое углубление -–и кольцо странным образом прилипло к нему. Где-то внутри горы возник тихий гул, вдруг стена пред ними стала плавно отъезжать в сторону, открыв взору огромное помещение, тускло освещаемое зеленоватым светом. А посередине зала лежало “нечто”, в виде полусферы, и слегка мерцало оржевыми искорками.

          Гномы застыли в немом изумлении, не решаясь войти. Но любопыство очень часто сильнее страха и братья, переступив порог, словно нарушая святая – святых, неуверенно пошли к этой чудесной штуковине, подбадривая  друг-друга взглядами.

-          Вот видишь, что я тебе говорил, легенды не врут, - прошептал Гвалт, хотя шептать было вовсе не обязательно, - это звездный металл, смотри как мерцает.

Они подошли вплотную и Гвин коснулся пальцем его поверхности, и сразу отдернул. По пальцу пробежала легкая, слегка пощипывающая, теплая волна, однако она была даже приятной. Сам материал был тоже странным, такой они никогда не видели: металл не металл, с бледно-фиолетовым отливом и внутренним затейливым узором темно-вишневого цвета – вот именно на них были заметны мерцающие искорки, и они как бы перемещались вдоль этих красивых изгибающихся линий, образующих замысловатую вязь. Гномы обошли полусферу вокруг, определив приблизительно диаметр в метров 12, а может чуть больше.

-          Да-а! Внушительно. И оно мало напоминает просто булыжник, который упал с неба, - заметил Гвалт.

 

-6-

-          Булыжник, не булыжник, но таких штуковин у нас в Ландгарде точно нет, - добавил задумчиво Гвин.

-          Как ты думаешь, что это такое ?

-          Думаю нечто волшебное, загадочное. Непонятно только как оно вообще оказалось тут – через дверь не войдет и кругом сплошные стены…

-          М-да! - сделал многозначительное заключение Гвалт.

Все остальное помещение зияло пустотой, да и других дверей заметно не было, лишь потолок мягко светился, и рядом со входом на стене аккуратно прочерчены надписи из непонятных букв, и залиты ярко-красным веществом. Гвалт достал кинжал и попытался царапнуть полусферу, но безуспешно, хотя клинок был чрезвычайно прочный, его делал известный мастер гном, и он мог рассечь даже кольчугу.

-          Ну что будем делать Гвалт ? Вот мы и нашли то что искали, чуть не погибли, а как быть дальше не знаем.

Гвалт рассеяно ковырял носком пол, опустив голову, и наконец, прокашлявшись, сказал:

-          Надо возвращаться. Расскажем Тунгру – он умный, знаком с магией, с тайными знаниями, если уж он не разберется, тогда, наверное, никто из тех кого мы знаем. Пошли, а то мне здесь как-то не по себе.

И первым направился к выходу. Гвин почесал затылок, пошарил напоследок глазами по залу

и вышел вслед за братом, вытащив из гнезда кольцо, и дверь встала на свое место, скрыв таинственное диво. Гномы же быстро зашагали восвояси.

 

Глава 2

 

Лучезарный Дильмун

          

          Золотой диск солнца вынырнул из-за снежных вершин и залил ослепительно ярким светом, окруженную высокими горами, зеленую долину, изумительной красоты: с ее дворцами, парками, фонтанами, огоромным озером, и древней могучей башней на скалистом основании, сложенной из массивных розоватых блоков. Этой башне, как гласят легенды, не один миллион лет, и уже никто не помнит для каких целей, кем, и когда точно она была построена. Но там сейчас храм Бога Неба Ану, где возносит свои молитвы благословенный Тинтиль, владыка Дильмуна, и его могущественные иерархи, которым ведомо всё что творится в Гейраде: на землях гномов, эльфов и атаров*.  Сами же они эльаны** или высокие эльфы последние из легендарных, после великого передела Земли, и живущие, окруженные неприступными горами, вдали от всех, неся неусыпную стражу за миром. Без них чёрный властелин уже бы давно захватил власть над Землёй.

         Они ещё помнили то время, когда боги спускались к ним, делились своей мудростью, и радовались вместе с ними. Помнили они ткже огромное внутреннее море, которое простиралось от западных берегов нынешнего моря Драконов, до дальних отрогов Анахары: излюбленного места циклопов. Там где сйчас Свентовия резвились мощные предки камров, развлекаясь на соседей и битвами с великанами. За ними, на землях Белгундии и Аквании, жили идунниняне***, позже названные гиперборейцами. В их золотой век, когда сердца многих  ещё были чисты и открыты, они часто были дорогими гостями друг у друга, но шли века и постепенно этот народ стал от них отделяться, всё чаще обращаясь ко злу и насилию.

       А на внутреннем море, называемым в ту эпоху Виалет, существовал  большой остров Даитья, где их предки провели лучшую часть  своей жизни, и после катастрофы, когда море

расплескалось и ушло, они перебрались сюда к древней башне, и основали Дильмун.

 

*** Идунн – в скандинавсой мифологии- обладательница золотых яблок, дарующих вечную молодость

**   Эльан – на древнем языке, сын неба, пребывающий уже не в лоне Абсолюта, но в нашем проявленном

       мире. И нисходит в несовершенный мир, чтобы восстановить изначальное единство.

·         Атар – на древнем языке огненный.  ( Речь идёт о внутреннем огне.)

 

 

-          7 –

 

       Остров тот был несравненной красоты, таких уже не будет никогда под небом, где сами краски были ярче и богаче, и вечная весна царила там. А на нём возвышались роскошные дворцы, построенные из дорогих материалов, украшенные драгоценными каменьями, великолепными скульптурами, изваянными лучшими мастерами древности, и окруженные парками из необычных вечно зелёных  растений, испускающие божественый аромат; и деревьями, с золотыми и серебрянными листьями – дарующими вечную молодость.

       На Даитье жили они, те –кто присоединился к сынам света, а другие их братья, живущие на континенте, поклонились греху и стали рабами косной материи и вселяли они ужас тем, кто появился после них. Потому как были они великанами и от них и огромных животных родились химеры и чудовища, некоторые существующие и по сей день.

      Помнят они и других – пришедших следом, - аталанов. Высоких, гордых, меднолицых, тоже поклонявшихся солнцу и верящих в сущность Высшего Космического принципа, обладавших знаниями и скрытыми психическими возможностями. Они прилетали издалека, там, где был город Золотых Врат, на сверкающих суднах, двигаемых эфиром , и привозили мудрость своих Великих Наставников, и великолепные изделия из золота и орихалка. Сыны Света делились с ними знаниями о небе и о духе, и было радостно осознавать, что они едины в своих устремлениях.

Потом пришла катастрофа, исчезло их море и большая земля, далеко на юге, - родина великанов. Но они долго еще дружили с аталанами, пока моральное и духовное падение не коснулось их.

       Знали также высокие эльфы о грубых, жестоких, туоранцах, обосновавшихся в последствие на южных землях бывшего внутреннего моря, однако, с ними не было у них отношений. Зато к аккаденянам они относились с любовью, этим легендарным людям,  красивых телом и обличием, подобным по стати им самим, искуссных в ремеслах и навигации, плавающих по всем морям на могучих позолоченых кораблях. И могому научили Сыны Света аккадинян, в то время, пока не наступил Великий Передел. И разошлись их пути в пространстве, и во времени, лишь потомки тех людей – атары, изменившиеся и ставшие более хрупкими, и менее мудрыми, остались здесь. И потомки тёмных аталанов – поклонявшихся злу, сведущие в черной магии, возликовали, ибо многие тогда подчинялись им. Но не все. Однако, боги уже отвернулись от живущих на этой земле.

        И были битвы с переменным успехом. И вот, сейчас, мир застыл на лезвии меча. В какую сторону теперь качнется маятник ?

- - - - - - - - - - - - - - -

         Верховный иерарх – Ринвальт просит срочной аудиенции у владыки Дильмуна – раздался мощный, и в то же время, мягкий голос, на бархатисто-зеленой лужайке главного дворца.

Владыка Тинтиль, только что приступивший к утренней, творческой медитации, обращенный лицом в сторону заснеженной вершины Арвиты, освещенной благодатными лучами яркого солнца, отвлекся, с легким оттенком грусти сказав про себя: даже в священные утренние часы, нет покоя, - но в слух ровно произнес: “ Проси! “

Легко поднявшись, во весь свой огромный рост, облаченный, лишь в тонкую тунику, и , сложив руки на груди, он ждал, когда подойдет иерарх. Обличье невырлозимой красоты замечательно гармонировало с физической мощью. Какого цвета глаза, сказать было невозможно, потому – что в них пылал небесный огонь, а тело нежно светилось и казалось внутри него течет лучистый поток.

-          Приветствую тебя владыка Дильмуна ! –поднял согнувшую в локте руку Ринвальт.

-          И я приветствую тебя Верховный иерарх! Какие важные события заставили прийти сюда столь знатную особу и отвлечь меня от медитации ? – с легким оттенком иронии спросил владыка.

 

-8-

Ринвальт улыбнулся, - поскольку мы не на официальной встрече, я могу называть тебя по имени ? 

-          Естественно, что за формальности. Так в чем же дело ?

-          Дорогой Тинтиль, заработала кольцо – ключ Оберона, магический агент объявил себя. Я был в башне, когда мое кольцо вспыхнуло, после некоторого ожидания, в зеркале Мира, мелькнуло отражение ключа и стало ясно, что оно работает, но продолжалось это недолго…

-          Боже мой! Не может быть ? Неужто предназначение исполнилось, хвала Ану ! – возликовал от всего сердца Тинтиль. – Теперь, самое главное, обнаружить щит. А где произошел контакт ?

-          Сигнал пришел из района горы Мон, но нужно время, чтобы обнаружить точнее, там множество пещер и какая –то сила мешает прозреть нужную, атакже владельца кольца.

-          Знает ли об этом Агроман?

-          Вряд ли. У него нет хранителя печати, но думаю,  скоро  об этом станет известно и ему, ибо, волны пришли в движение.

-          Значит вот где он затерялся, не случайно у гномов легенда существует, бездна лет прошла после последней битвы и щит Оберона – оружие богов пропало, отразив молнии, и его не смогли найти. Но видно срок наступил, грядут большие перемены. –Тинтиль глубоко вдохнул свежий воздух, задумчиво глядя вдаль, словно прозревая грядущие события.

Верховный иерарх молча наблюдал за ним, очень хорошо понимая его озабоченность, наконец промолвил:

-          Мы должны действовать быстро, насколько это возможно, нельзя упустить такой шанс, Чёрный Властелин стал очень опасен.

-          Ну, что ж Ринвальт, - сказал владыка, - ты прав,- и положил ему руку на плечо, - продолжай следить за зеркалом и надо подготовить эммисаров. Как ты думаешь у кого кольцо?

-          Предполагаю, что это гномы, ибо им одним ведомы многие тайные пути под землёй, а щит именно там, я в этом уверен. Может они договорились с феей Морганой, ведь к ней попало одно из колец, одно у нас, другое сгинуло в бездне, после удара.

-          Хорошо, я свяжусь с ней, а теперь ступай, поднимусь в башню к десятому часу.

Круглая башня была величественным сооружением и с первого взгляда производила впечатление седой древности. Высотой, около пятидесяти метров, и в поперечнике, метров тридцать пять, стоящая на мощном основании из огромных плит, образующих три ступени. Сложенная, из тщательно обработанных глыб розового диорита до матового блеска, так, что она, словно полыхала на солнце. Середину же башни, опоясывало своеобразное кольцо, по которому мог свободно проехать всадник, а над кольцом, по всему периметру, располагались высокие элипсовидные  углубления , образующие окна. Во внутрь неё, вели арочные гигантские двери, из сплава золота и платины, разукрашенные чудными птицами, замысловатыми узорами и героями, неведомыми уже никому. И всё это сооружение, венчало нечто вроде усечённой, ступенчатой юлы, а над ней возвышался небольшой  белый купол – достроенный гараздо позднее.

Башня завораживала какой-то магической силой, просветлённые и посвящённые в ритуал, могли войти туда, потому как она была сосредоточением сил света – подпитываемой всеми божественными стихиями. Возможно, она была возведена ещё первоангелами, задолго до того, как эльфы и атары появились на Земле.

И сейчас там, в одном из залов, где обычно работают иерархи, - его ещё называют зал-чудес,- владыка Тинтиль и Ринвальт, смотрели в огромное, толстое, выпуклое зеркало в обхват двух рук; изготовленное из магического непрозрачного кристалла, в оправе из необычного материала с голубоватым оттенком, пронизанным золотыми прожилками замысловатого узора. Оно могло показать соеденёному с ним, всё что угодно, достаточно только представить нужное место, или того, с кем хочешь  общаться мысленно, растояние не имеет

 

-9-

никакого значения. Ещё, благодаря  зеркалу, можно узнавать много интересного, скрытое от взгляда, если знать как это делать. Сотворили его, с помощью небесных учителей, еще в отдаленную эпоху. А сейчас, в нем нечто пульсировало и мелькали разноцветные полосы, но через некоторое время появилось изображение красивой женщины, со строгим и слегка надменным выражением лица.

-          Здравствуй фея Моргана ! – произнес Тинтиль, - рад тебя видеть в добром здравии.

-          И я рада слышать вестника богов. О владыка Дильмуна! Что потребовалось тебе от скромной волшебницы, может быть приворотное зелье ? – и она весело рассмеялась, обнажив ряд великолепных зубов.

-          Не прибедняйся Моргана, ты прекрасно знаешь свои возможности, мне бы хотелось знать, у тебя ли ещё кольцо Оберона?

-          Кольцо Оберона? – переспросила Моргана. –У тебя же есть своё или оно пришло в негодность?

-          Послушай фея, я серьёзно, неужели я тебя стал бы беспокоить по пустякам, его видели кое-где и мне это показалось странным. Пойми, мне важно знать, твоё оно было или нет?

-          Ну не знаю, что тебе даже сказать, вообще-то, я подарила его одному гному, за некоторую услугу. Но что это так должно тебя беспокоить, оно наверняка уже потеряло свои свойства, столько лет прошло.

-          А как звали этого гнома?

-          Да я и не помню, хотя постой, кажется Гвин…. точно Гвин, если,  конечно, он сам не подарил кольцо кому-нибудь или не потерял.

-          И как давно ты сделала такой чудесный подарок?

-          Да уже как несколько лет будет, - недоумённо пожала плечами Моргана.

-          Ну что же, кое-что проясняется. Это всё, что я хотел узнать.

-          По-моему, ты темнишь Владыка, что-то не так?

-          Ты прозорлива фея, трудно от тебя, что-либо утаить. Это кольцо, кое-где путешествует, - напустил туману Тинтиль, но и не говоря неправды,- и мне, не хотелось бы, чтобы оно попало в руки Ангроману. Это только лишь предосторожность, больше мне пока нечего сказать. Досвидания  фея!

-          Досвидания Владыка! – и она проницательно посмотрела на него.

Изображение  исчезло.

-          Мне кажется, она говорила искренно, -  задумчиво сказал Ринвальт,- во всяком случае, я не уловил лжи в её мыслях, хотя когда дело касается феи Морганы, ни в чём нельзя быть уверенным до конца.

-          Я согласен с тобой, однако, надо найти этого гнома. Пожалуй, лучше мудреца – Грипфира, никто с этим не справится.

Через некоторое время в зеркале появилось изображение седовласого, но крепкого старца.

-          Здраствуй Грипфир! Света тебе! – Радостно блеснул глазами Тинтиль.

-          И я приветствую тебя Владыка!

-          Я вижу за тобой дворец Сильсида, так ты значит во Фрайхоре?

-          Да Владыка, я у маленьких эльфов, им нужна была помощь в переговорах с Тартисом.

-          Ты как всегда весь в заботах. Но сейчас, как никогда, требуется твоя помощь в другом месте.

-          Я слушаю, тем более дело почти закончено.

-          Так вот Грипфир, тебе необходимо отправиться в Ландгард и найти гнома Гвина. У него сейчас кольцо Оберона и благодаря ему, возможно, найден легендарный щит, магическая полусфера. Это в районе горы Мон.  Как ты сам понимаешь, он не должен попасть в руки Ангромана. Я допускаю, что Гвин в сговоре с феей Морганой или с кем-нибудь ещё, а может быть и нет- имей это ввиду. Ты сейчас ближе всех, а я к тебе пошлю помощь. Ну что скажешь?

-          Скажу, что я изумлён! Это просто навероятно! Воскликнул мудрец.

-          Я бил изумлён не менее твоего, но уменя нет основания не верить Ринвальту – хранителю кольца.

-10-

 

-          Ну что же, это дело, пожалуй, сейчас самое главное в Гейраде. Я прямо сегодня отправлюсь в Ландгард.

-          И пожалуйста, никому ни слова, разве что предупреди Сильсида и Тунгру можно довериться. А пока, досвидания. Держи меня в курсе всего происходящего.

Владыку, к окончанию беседы, уже ожидало двое приглашённых: молодой красавец, и по левую руку от него, прелестная девушка – эльфида Эвалина, на которую тот иногда лукаво поглядывал, ибо знал про её скрытую любовь к его другу Ринвиту. Собственно, эта скрытая любовь, для многих была не секретом, ведь когда Ринвит  жил здесь и обучался наукам и искусству Даго, их часто видели вместе, ну а когда они прощались, у красавицы  на щеках блестели слёзы и её руки никак не могли расстаться с его руками. С тех пор минуло четыре года и Эвалина расцвела по-настоящему, и многие эльфы заглядывались на неё, и было от чего. Светло-каштановые, с медным отливом  волосы, обрамляли восхитительное лицо, цвета розовой розы, освещённой утренней зарёй, а глаза карие и бездонные, с малюсенькими искорками по всему ободку. Тонкие серпы бровей, алые, свежые лепестки изящных губ, и плавная совершенная линия подбородка, переходящая в пленительную шею, но главное,- гибкая, изумительная фигура. Помимо этого, Эвалина обладала острым умом и нежным, горячим сердцем, отданным своему возлюбленному и не оставляющему никаких шансов остальным поклонникам.

А молодой красавец, рядом с ней, был благородный Рондефаль, несмотря на молодость, один из лучших магов высшего круга, хотя, глядя на него, про это сказать было никак нельзя. Потому как он выглядел легкомысленным волокитой, легко представимым на каком-нибудь балу, а не склонённым над толстыми фолиантами. С пронзительно- голубыми глазами, сияющими яркими звёздами, точёным носом, прямым, но несколько длиноватым , белой кожей, как бы подсвеченной изнутри еле уловимым малиновым багрянцем, и чёрными, слегка волнистыми волосами ниспадающими на плечи  отливающими атласом. Высокий, как и все эльаны, он имел к тому же великолепный торс, и не раз выигрывал различные соревнования  пока учился.

Тинтиль вышел к ним в сопровождении Ринвальта и они почтительно склонив головы, приветствовали своего Владыку. О чём говорили они неведомо, но лица их, когда выходила эта пара из башни, выглядели таки озабоченными.

А на другой день, с восходом солнца, в нижнем храме Неба, началась торжуственная служба благословений Ану .

        Расположенный на крутом холме, храм был просторен и удивительно красив. К нему вела широкая лестница, утопающая в густой зелени, собственно, как и весь холм, вдоль которой стояли статуи тех, кто своим духовным, беспримерным подвигом, вплёл лучезарные нити в историю планеты. Семь стройных высоких колонн из белоснежного мрамора, образующие полный круг, опирались на полированые светло-зелёные нефритовые массивные плиты и поддерживали на своём основании своеобразную корону наподобие цветка, наружная часть которой была отделана золотом, а внутренняя, с отогнутыми лепестками, бирюзой. А посередине этой короны находился великолепный фонтан и струи воды устремлялись высоко вверх, так что с фасада казалось, будто над короной развивается серебристое перо. И в первых лучах утреннего солнца, когда вспыхивали и золото, и хрустальные струи, зрелище было воистину неописуемым. Но внизу, в центре храма, находился ещё один фонтан, вернее будет сказать, источник, с древним, как сама земля, камнем по середине, вывезеным с легендарного  острова Даитья, вместе с маленькими волшебными деревьями, полукольцом окружавшими этот камень и дарующими как и солнце, жизненую силу Дильмуну.  И сейчас, вокруг источника, расположился хор из тридцати эльанов и эльанид, одетых в белые хитоны ниспадающие до самого пола, украшеные по краям золотыми нитями, образующие волнистые узоры, а венки, сплетённые из эдельвейсов доплняли простой, но очаровательный наряд. Хор пел стройными, глубокими голосами и песня-молитва удивительной чистоты, усиленная акустикой, разносилась далеко окрест, эхом отражаясь в горах: и снежные барсы, и круторогие козлы, и гордые орлы, и другие

- 11 -

 

животные и птицы - внимали этой песне, с удовольствием вслушиваясь в торжественные звуки .

А внизу, вокруг храма, собрался народ и приветствовал, и благодарил Бога, и вплетал свои голоса в песню, которая мощным хоралом устремлялась ввысь, в небо. Ровно же в полдень в верхнем храме Неба, в главном зле башни под  полупрозрачным куполом, состоялась основная церемония.

      Владыка Тинтиль стоял посредине зала во всём своём великолепии: с золотой диадемой на голове, изумительной работы, с вправленым в неё огромным чистейшим алмазом, символом власти, и с ожерельем на груди, усыпаным драгоценными каменьями. Он воздел руки к небу и лицо его озарилось спокойной улыбкой, а над залом поплыла прекрасная гармоничная мелодия, трепетная как сама жизнь, издаваемая своеобразным инструментом. Она проникала в самую глубину сердец и семь высших иерархов, по числу стихий, окруживших Владыку, проникновенно запели под неё древнейшую ритуальную песнь эльанов – о сотворении мира и всего сущего, гимн благодарения  Ану – великому Богу Неба. А вдоль стен расположился внешний круг из рядовых священослужителей, взявшись за руки они плавно раскачивались из стороны в сторону, следуя определённому меняющемуся ритму, когда же закончилась песнь, лишь еле слышно струилась музыка, все участники церемонии застыли, прикрыв глаза, сосредоточившись на едином образе. И хорошо заметное, нежное сияние  стало исходить от них, временами пульсируя. Так продолжалось довольно долго, пока купол не стал абсолютно прозрачным, и лучи солнца залили своим светом мозаичный пол, отображающий символами основные принципы вселенной и схематическую карту космоса. А также осветили фрески, живописно повествующие историю эльанов, выполненных настолько искусно, что они казались живыми. Ослепительно вспыхнул алмаз на диадеме Владыки, весело искрясь всеми гранями, казалось даже в такт музыке. А над башней в это время полыхало удивительное зарево, переливающееся всеми цветами радуги и эльаны Дильмуна радовались, зная, что сила и благословение Неба с ними.

       На другой же день, до восхода солнца , всадник в белых одеждах пустынников и с притороченным к седлу небольшим тюком, тайными тропами покинул Дильмун. Его, высоко в небе, внимательно рассматривал огромный орёл, делая над ним большие круги, потом развернувшись, полетел на запад, после того, как всадник помахал ему рукой, направляя свою лошадь на север.

 

Глава 3

 

Маленькие эльфы Дон и Динь

 

      Гномы Гвалт и Гвин возвращались домой, назад идти стало веселей и они постоянно шутили, подсмеиваясь друг над другом. Настроение было у них приподнятое, как никак отыскали звёздный металл и жизнь им  теперь представлялась сплошным праздником, с почестями и триумфом. Выйдя наконец из пещеры, после долгого странствия по ней, и вдохнув свежего воздуха, хотелось, на радостях, заявить о своей находке всему миру, но тут над Гвалтом возобладали элементарные прагматизм и осторожность.

-          Знаешь Гвин, я думаю, нам не следует о нашей находке кричать на каждой поляне, потому как пройдох и проныр, хоть пруд пруди, не успеешь оглянуться и утащать чего доброго.

-          Так у нас ведб кольцо, а без него туда не попасть, - с недоумением промолвил Гвин , досадливо морщась.

-          Так то оно так, да только кольцо и потерять можно, да мало ли ещё чего может случиться, давай сначала Тунгру расскажем, а потом уж решим что нам делать.

-          Ладно, - с неохотой согласился Гвин, ему уже представлялось как он будет красоваться в своём посёлке  эдаким героем, однако, в словах Гвалта была целесообразность и здравый смысл, и это, несколько поубавило его Гвина тщеславные помыслы.

-          12-

Тем не менее, хорошее настроение не оставляло их и они бодро топали, желая побыстрее оказаться в Долноре, там где жил Тунгр.

По дороге им  встречались редкие путники, но они хранили молчок, переглядываясь, и Гвин раздувал щеки, чтобы в критический момент не сболтнуть лишнего, а Гвалт делал ужасные глаза и усмехался в бороду. Путь был не близкий, приходилось преодолевать высокие кручи, кряжистые горы, поросшие лесом, быстрые и холодные речки. Любой житель Гейрада оказался бы завороженым открывавшимися видами, но гномы привыкшие к этим красотам, редко восторгались каким-нибудь пейзажем, больше обсуждая что им делать со звёздным металлом,- не разбивать же его на мелкие кусочки, в самом деле, но ничего толкового придумать не могли.

        Так за несколько дней они и дошли  до Долнора – маленького городка, раскинувшего свои домики на берегу чудесного озера Арано, синяя вода которого даже летом была почти ледяной, а на крутых берегах его росло богатое великолепие мохнатых елей и зарослей можевельника;  в озере водилось множество рыбы, даже редкая масасси встречалась там. А в глубине вод жил огромый змей Курукан, он изредка всплывал на поверхность и горе было тогда тем, кто находился вблизи, редко кому удавалось спастись.

        Дом Тунгра они нашли быстро, но их ожидала великая печаль, потому как два дня назад Курукан объявился вновь, и тело Тунгра, рыбачевшего в маленькой лодочке, так и не обнаружили. Опечаленые братья слонялись по городку не зная что делать дальше, пока, наконец, не зашли в одно заведеньице, уютно расположившееся  на кривой улочке неподалёку от озера, чтобы пропустить с горя по стаканчику. Посетителей было достаточно и на них не обратили особого внимания, тем более зал освещался тускло, да ещё вился табачный дымок. Они молча сидели за дубовым, потемневшим от времени столом и пили крепкое красное вино, изредка перебрасываясь незначительными фразами, когда к ним подсел высокий статный старик. Его глубокие серые глаза глядели настолько проницательно, что утаить от них чего-нибуть было немыслимо, да и всё обличье говорило о жизненной мудрости, а белая борода только подчёркивала это.

-          Я не помешаю? – спросил он.

-          Садитесь, - пробурчал Гвалт, - места всем хватит.

-          Чувствую, вы не в духе друзья, может горе какое, да и судя по всему, вы не местные.

Гвин пожал плечами и нехотя бросил:

-          Горе, не горе, а вам то что с того?

Однако, взгляд старца излучал понимание  и душевное тепло, успокаивающе действуя на болевшее от непоправимой утраты сердце. И Гвалт неожиданно выпалил:

-          По Тунгру панихиду справляем!

-          Вы его хорошо знали? Наверное друзья были? – сочуственно улыбнулся в бороду старик.

-          Да, что-то вроде того, - мрачно выдавил из себя Гвалт.

Повисло тягостное молчание.

-          Я его тоже неплохо знал, - вновь заговорил старец, - вотшел к нему и не дошел. Кстати, меня звать Грипфир. А как вас?

Гвалт посмотрел ему прямо в глаза:

-          Да, я слышал о скитальце – мудреце, но вижу первый раз. Меня же звать Гвалт, а это мой брат Гвин.

Грипфир как то странно посмотрел на Гвина и промолвил:

-          Воистину, неожиданные бывают встречи, и пути пересекаются, когда меньше всего на это рассчитываешь. Между прочим, я ищу одного гнома с этим именем, ему в своё время фея Моргана кольцо подарила… И бросил свой взгляд на пальцы гнома. Гвин тут же спрятал руку под стол. – Не ты ли это будешь?

-          А вам то что, - недружелюбно произнёс он.

-          Мне то ничего, а вот вам угрожает опасность из-за того, что вы нашли?

-          Вот собственно из-за этого я вас и ищу. Пойдёмте отсюда, здесь много лишних ушей.

Мудрец поднялся, гномы тоже встали, расплатились, и послушно пошли за ним. Они спустились к озеру и двинулись вдоль берега, по утоптанной тропе. Заалевший от заката

- 13 -

солнца кусочек неба воздушным взбитым кремом повис над курчавой тёмно-зелёной горой, отражаясь в озере покрытом  мелкой рябью, и этого казалось, будто крем постоянно и целеустремённо взбивают. Гвин засмотрелся на чудесный закат и заслушался пением птиц, и стрёкотом кузнечиков, совсем забыв зачем они здесь. Лишь неожиданный вопрос, затронувший глубинный интерес, вернул его к действительности.

-          Звёздную полусферу, которую вы нашли, трудно назвать обычной вещью, не правда ли?

Гвалт хотел возразить, но Грипфир остановил эту попытку.

-          Не отпирайтесь!… Я всё знаю. Говорите честно, меня не стоит бояться. Гномы переглянулись.

-          Но откуда вы знаете, мы ведь никому не говорили? – взволнованно вопрошал Гвин .

-          От твоего кольца, это ключ Оберона, слышал?

Гномы отрицательно покачали колпаками.

-          Давным  давно была большая битва между силами света и тьмы. И меч Оберона сламался, и сам он был смертельно ранен, и битва света была проиграна, но и враг был сломлен, и торжество его было не полным. А вот щит сохранился, только исчез неведомо куда. Однако, есть предсказание, когда он отыщется, быть решающей битве. Вот его то вы и нашли, а кольцо есть ключ к нему.

Вам фея, небось, говорила, где эту находку сыскать? – неожиданно спросил мудрец, и как- то пронзительно посмотрел на гномов.

-          Не-а, это всё Гвалт легендою грезил, - ухмыльнулся Гвин, - вот и подбил меня пойти сокровище поискать. Хотели вот с Тунгром посоветоваться как быть, но он, сами знаете, погиб.

-           Понятно. Тунгр был тоже моим другом  и для  меня это такое же большое горе, как и для вас. Поэтому, его памятью, я заклинаю, отведите меня к своей находке.

Гномы всё же слегка поупирались, но согласились в конце-концов, а Гвалт добавил с жаром:

-          Но звёздный металл наш, гномов!

На что мудрец рассмеялся:

-          Что же вы его не унесли? Боюсь, вы не пониметет ситуации, не дай бог этот щит попадёт в плохие руки, и ещё хуже, Ангроману, -быть тогда большой беде для всего Гейрада, тогда и гномы пострадают. Думаю, что в Утгарде, будет скоро всё известно, нам надо спешить.

Братья, кажется, всё правильно поняли и решили, завтра, с Грипфиром, тронуться в обратный путь.

Втроём, они расположились в уютной гостинице, с аккуратным двориком, засаженным цветами, и башенками, с остроконечными крышами, покрытыми коричнево-красной черепицей. Деревянные двери украшала резьба, в форме виноградной лозы, а над входом висела табличка с витеватой   надписью : “Гномья  Радость”. Хозяин её хорошо знал скитальца –мудреца и старался во всём ему угодить. Однажды, тот вылечил его дочь и с тех пор стал самым желанным гостем. В дорогу им, он собрал сьестные припасы, кое-какие полезные вещи необходимые в путешествие и уложил в мягкие, пышные постели. Гномы, прямо таяли от блаженства, и когда, рано утром, их подняли, с большой неохотой покинули тёплое местечко, тихо ворча на Грипфира. Они шли назад не спеша , им не хотелось так скоро возвращаться в те пещеры, но они были полностью подавлены авторитетом мудреца, то и дело подгонявшего их.

-          Я слышал, - спросил Гвин,- вы сами эльан и обучались в Дильмуне.

-          Да это так, я из высоких эльфов, хотя, и родился в Свентовии, но ещё в моём предке текла и кровь легендарных людей, а мать была из атаров.  И то верно, что знания приобрёл в лучезарной стране, благословлённой Ану, - Грипфир улыбнулся гномам, - а вот как-нибудь расскажу, вечерком, на досуге.

После того, как Долнор скрылся из вида, они пошли быстрее, войдя в привычный ритм. Две маленькие фигурки и одна высокая, опирающаяся на посох, словно отец с рано постаревшими сыновьями, представляли собой забавную картину для любого, не лишенного

 

- 14 -

юмора путника, встреченного ими на пути. Троица, без приключений, покрыла уже приличное  расстояние, гараздо больше половины того, что им нужно было пройти и переправлялась через реку Франанг, где Гвин чуть не утонул, подскользнувшись на камне. Плавать он не умел и потому отчаянно визжал, захлёбываясь, да к тому же, зацепился курткой о корягу и думал, что его затягивает какой-нибудь змей, вроде Курукана. Грипфир вовремя вытащил основательно скрывшееся под водой гномье тело. И на берегу, дрожа и выжимая одежду, Гвин крепенько ругал коварную реку, хотя, конечно, она этого не заслужила. Вскоре, слегка обсохнув, они продолжили путь.

И никто не заметил, что за ними уже кое-кто следил. Два маленьких  эльфа Динь и Дон, путешествуя ради удовольствия , на свой страх и риск, ( обычно маленькие эльфы с неохотой покидают свою страну) очень далеко забрели от своего дома, с любопытством, наблюдали за великолепной троицей.

-          Как ты думаешь Динь, куда они так быстро идут? – спросил Дон, повернув своё миленькое личико, с аквамариновыми глазами, к другу.

-          Даже не знаю, - ответил Динь тоненьким голоском, но насколько известно, гномы даром никуда спешить не будут, а с ними ещё мудрец Грипфир. Ну просто очень интересно! Надо бы за ними аккуратненько последить.

-          Да, это будет забавно,- согласился Дон.

Они легко скользили за путниками и, несмотря на свой очень маленький рост, могли передвигаться бегом, едва касаясь ножками земли, быстро и бесшумно.

Больше ничего значительного с нашими друзьями не произошло, если не считать, что Гвалта чуть не затащило в глубокое озерцо ундина , обхватив зелёными руками его за шею, когда он там попытался удить рыбу. Думается, она шутила, но Гвалт всё воспринял всерьёз и проворно отбивался от неё, гневно тряся бородою и выпучив глаза. Брюшко его тряслось от усилий освободиться, а ундина, довольная, хохотала и , чмокнув на прощание в щеку, - сорвала колпак, бросив далеко в кусты, прыгнула в воду, игриво пошевелив хвостом и уплыла. Гвалт долго ругался, продираясь сквозь густые заросли за колпаком и потом всё ещё, что-то там бубнил. Но Гвин и Грипфир смеялись во всю и маленькие эльфы прыскали в кулачки, боясь быть обнаруженными.

Так мало помалу они дошли до подножия горы Мон, величественной необъятностью вздымавшейся перед ними и прятавшей свою вершину в лохматых облаках. Путники не без больших трудностей стали на неё взбираться , потому как склоны были очень круты и камни, то и дело, срывались у них под ногами. Гномам, конечно, было не в первой, но вот старцу, такое восхождение давалось явно с трудом, хотя он и не подавал вида. Эльфы тоже испытывали трудности из-за маленького своего роста, но упорно лезли, прячась за каменные выступы. Хорошо ещё, что вход в пещеру находился гораздо ниже середины горы, зато в таком труднодоступном месте, куда немного найдётся охотников переться по доброй воле.

          В конце концов эльфы оказались перед зияющим зевом и оглянувшись, восхищенно осмотрев, с невероятной для них высоты, окрестности и подивившись живописно изрезанными ущельями под ними, намеревались, с некоторым содроганием, окунуться в темноту. Их стройные золотистые тела, удивительно пропорциональные, облачённые в сандалии и лёгкие плащи; малиновый и голубой, красиво оттеняющие их кожу, последний раз мелькнули на солнце и пропали в таинственной черноте. Им, почти сразу, стало страшно и они дружно повернули назад, но тут, возле входа, раздалось шипенье и здоровенная змея с ядовитыми зенками, уставилась на них – из раскрытой пасти угрожающе вибрируя высовывался язычок, а кончик хвоста нервно извивался. Эльфы попятились, ничего не оставалось, как броситься обратно и побежать за гномами, на шум шагов.

          Вскоре, впереди, они увидели отблески фонарей и несколько успокоились. Очень осторожно ступая, держась за руки, шли эльфы в непрогляднлой тьме и сердце каждого бешенно стучало, норовя выпрыгнуть из груди, но и себя объявить как-то, тоже было боязно. Постепенно, обострившееся зрение стало различать очертание стен, однако, только невероятная удача помогла избежать им многих опасностей.

        

 

- 15-

Пожалуй, одно из самых серьёзных испытаний выпало на их долю, когда Дон ухнулся в провал, а Динь стоял на краю и ничего не мог поделать,- он уже хотел бежать за помощью, но услышал слабый голос друга. Провал, к счастью, оказался узок и не очень глубок  к тому же, а Дон был лёгким и с помощью плаща его удалось вытащить. Так и пробирались они, делая отметки на каждой развилке, и вздрагивая от подозрительного шороха, браня себя за чрезмерное любопытство.

          И вот перед ними, в неровном свете гномьих фонарей, открылся  “сказочный” зал сталактитов, эльфы впервые лицезрели такое чудо и восхищённо ахали, не в силах оторвать взгляда от дивной красоты, и чуть было не потеряли гномов среди этого великолепия, когда свет неожиданно исчез. Но роковая судьба вела их. Динь сразу натолкнулся на проход и заметил отблески удаляющегося света. Оказавшись возле поверженного загадочного чудища и толком не разглядев его, эльфы завизжали от страха и пронеслись вперёд, правда, окунувшись в зловоние опомнились, но убоялись, едва не лишившись чувств, потерять своих спутников и превозмогая отвращение, пробрались всё же в туннель.

          И вот, стоя невдалеке от потаённой двери, они мельком увидели загадочную полусферу, однако, стена встала на место и эльфы оказались снова в темноте. Подойдя вплотную к ней и потолкав её для верности , убедившись, что она наглухо заперта, друзья впали в отчаянье. Динь захныкал. Дону тоже хотелось присоединиться к нему, но он с трудом сдержался и стал, как мог, его успокаивать. Они сели на пол и сидели словно мышки, прижимаясь друг к другу. Очень хотелось есть, и хотя эльфы могут долго обходиться без пищи, тем не менее питаться надо.

-          Что будем делать Дон? – устало спросил Динь, успокоившись.

Дон тяжело вздохнул:

-          Надо возвращаться, делать нечего, неизвестно когда гномы выйдут, да и выйдут ли этим путём.- И помолчав, задал вопрос, скорее даже самому себе: -как ты думаешь, что это было, там з астеной?

Однако, Динь с готовностью ответил:

-          Не знаю, я такого никогда не видел, но слышал у гномов существует много престранных вещичек, они и с колдунами якшаются, да и сами потомки колдунов.

-          Может быть, - согласился с ним Дон,- только мне кажется, это не гномье изделие, а скорее эльанское, не зря с ними Грипфир шел.

Динь утвердительно кивнул, но словно вспомнив где находится, опять запричитал:

-          Как мы доберёмся до выхода у нас даже огонька нет, чтобы свои отметки увидеть.

-          Вот дурачила, - хлопнул себя по лбу Дон, - меня же старая Кики научила кое-чему.

Он вытащил из мешочка на шее маленькую камышовую дудочку и стал шептать над ней. Вскоре на её конце зажегся слегка зеленоватый огонёк, сначала еле-еле видимый, но затем, холодноватый свет от него сделался вполне сносным.

- Ух ты!-воскликнул Динь,-да ты просто волшебник!

Чего же ти не зажег его раньше?

-Да забыл совсем, я очень редко пользовался этим уменьем…И его увидеть могли. Ну, пошли дальше что ли.

Оказавшись  в зале чудища, они вновь испытали панический ужас и рассмотрев в тусклом освещении кто это,- вихрем промчались мимо. Даже в дивном зале долго не задержались, всё ещё дрожа от возможной опасности, ведь могли быть и другие, подобные ему.

      Долго пришлось идти эльфам, присматриваясь к своим пометкам, пока не оказались снаружи. С огромным облегчением вдыхали они свежий воздух, жадно рассматривая тёмно – синие дали, казавшиеся нереальными, после длительного пребывания в пещере. Стоял уже глубокий вечер, сквозь надувшиеся от важности тучи, проглядывали фиолетовые кусочки неба, ветерок доносил говор шумной реки и даже её влажный запах. Склон в сумерках не внушал доверия и спускаться по нему граничило с безумием, но и оставаться там, где, не исключено, живёт змея, им не хотелось – поэтому они немного прошли вниз, нашли удобную ложбину и заночевали.

                                                    -16-

              Всю долгую ночь, дрожа от холода и голода, греясь только разговорами,- друзья обсуждали рискованый поход, и зареклись: никогда больше не участвовать в подобной авонтюре. И подремав всё таки немного, рано поутру поспешно слезли вниз. Здесь, в лесочке, маленькие эльфы нашли ягоды и орехи, подкрепились и, повеселевшие,  припустили в сторону дома. Погода стояла чудесная. Тучи, ещё вчера угрожавшие пролиться дождём, сдуло ветром и они скопились на горизонте, с явным неудовольствием поглядывая в сторону эльфов, время от времени засылая на разведку невинные облака; но солнце посмеивалось при этом и лучами- прутиками спроваживало этих курчавых красавиц. Под его ласковым взглядом порхали разноцветные бабочки, сопреничая своею расцветкою с цветами, в изобилии произроставшими здесь. Напоённый ароматом воздух пьянил и друзья блаженствуя, как бы плыли над пахучими лепестками, касаясь их пламенем своих волос. А пейзаж неуклонно менялся и вновь: козьи тропки, густые кустарники, подъёмы и спуски.

           Возле грогочущего водопада они задержались не надолго, любуясь, но стук камней и кабанье сопенье в зарослях, совсем рядом, вспугнули их, заставив, буквально, взлететь на крутой склон. Лишь ещё раз глухое рычание потревожило эльфов, после чего им пришлось соревноваться между собой в спринтерском забеге по пересечённой местности. А в остальном , день прошёл спокойно и, можно даже сказать, беззаботно.

         Заход солнца застал их за собиранием веток для небольшого шалашика. Полакомившись грибами и сладкими кореньями, в изобилии растущими в этом месте, эльфв, в который уже раз, предались воспоминаниям о пережитых приключениях.. В сгустившейся темноте слышны были шорохи, вздохи, цвирканье сверчков, где-то захлопала крыльями птица; запах травы, смешанный с запахом черёмухи навевал сладостный сон. Динь совсем стал клевать носом, когда Дон решил сходить испить водицы, после такого сытного ужина, и он, не став будить Диня, поплотнее укутавшись в плащ, выскользнул из шалаша и тихо пошёл к ручью, в метрах ста от их стоянки.

         Полная луна зависла над чернеющей горой, отражаясь в воде. Утолив жажду он присел на камень, любуясь видами крон из серебристых листьев в лунном отражении, словно и не деревьев вовсе, а их миражей,- непонятно как и зачем оказавшихся здесь, таинственно шепчущих что-то о ночном светиле, купаясь в его невесомых хрустально- молочных лучах. Эти лучи охватывали всю природу прохладными ладонями и баюкали так нежно, как только может баюкать любящая мать. И маленького эльфа охватила невыразимая радость от сознания единства с окружающим миром. Торжественная  симфония Луны звучала кругом и хоралы звёзд вторили ей, и Дон, задыхаясь от счастья слушал и слушал, забыв обо всём на свете…

        И тут, в эту гармонию, вклинился крик… Это явно кричал Динь. Дон растерянно озирался, но вдруг опомнившись, вскочил на ноги  и бросился на помощь другу. Не добежав до шалаша метров десять, он остановился, как вкопанный, увидав в просвете кустов двух верзил, один из которых крепко держал Диня, уже переставшего брыкаться, и со смешком рычал на него, тыча кулаком в лицо, а другой хохотал при этом.

-          Надо бы поискать второго, - отрывисто приказал державший Диня.

-          Ладно, сейчас пойду поищу,- ответил небрежно напарник.

И словно предугадав, где может быть Дон, пошёл в его сторону. Дон замер за кустом. Верзила протопал мимо, сходил к ручью, вернулся, и ещё немного побродил возле шалаша.

-          Довольно, идём отсюда,- подал голос другой, - где его найдёшь в такой тьме? Спрятался гадёныш!

Маленький эльф боялся сдвинуться с места, понимая, что теперь, в данный момент, не сможет помочь своему другу, потому как силы были неравные. Бедного Диня потащили через заросли и Дон поплёлся за ними, стараясь производить как можно меньше  шума. Вскоре, они вышли на поляну, обрамлённую: с одной стороны скалою, а с другой – пропастью.

-          17 –

  

           На поляне стояли четыре лошади и с ними ещё два атара. Он с отчаяньем смотрел на связанного друга, которого, словно болванку, верзилы положили рядом с костром и сели сами переговариваясь с остальными. Из труднопонимаемого разговора Дон уяснил, что это люди колдуна  Хродмора и они откуда – то узнали, где эльфы были, и сейчас собирались доставить Диня к своему хозяину. Прождав до самого утра и ни на что не решившись, ( не представилось случая освободить друга) Дон наблюдал, как его положили на лошадь и помчались с ним в сторону реки. Малиновое пятно мелькнуло за скалой и пропало. Маленький эльф долго бежал за лошадьми, пока не потерял их след и тогда, утерая слёзы и коря себя, повернул к Фрайхоре, дав себе слово вернуться и освободить друга.

                                                                                                                                   Обсудить на форуме

 

 

         

  

 

Комментарии 

 
0 #1 hqfeuhaotc 2014-02-04 07:54 waqwhbqiz, cbnobcfaht , qfkamnhozu: http://www.jbkwrdkymy.com/, http://www.vctqwovpva.com/ cbnobcfaht
 

У вас недостаточно прав для коментирования

НовостиВсе новости
01.02.2018

Друзья!

4 февраля 2018 года

состоится очередной семинар

доктора философских наук,

профессора

НАЗИПА ХАМИТОВА 

 "ФИЛОСОФИЯ КИНО И ПСИХОАНАЛИЗ".

Новая тема:

"ЖЕНСКАЯ КРАСОТА И ДЕСТРУКТИВНОСТЬ" 

Все вопросы по телефону

066 924 39 99 - Оксана Гончаренко 

 
10.06.2017
Уважаемые коллеги!
В Институте философии
НАН Украины состоится
методологический семинар
"ФИЛОСОФСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
КАК МЕТААНТРОПОЛОГИЯ"
Тема для обсуждения:
"ВОЛЯ К ВЛАСТИ:
КОНСТРУКТИВНЫЕ И
ДЕСТРУКТИВНЫЕ ПРОЯВЛЕНИЯ" 

Руководитель семинара –

доктор философских наук, профессор

НАЗИП ХАМИТОВ

 

 

Запись
семинара

Обсудить 
на форуме

 
10.06.2017
Уважаемые коллеги!
В Институте философии
НАН Украины 9 июня 2017 года (пятница),
 в 16:00 состоится
методологический семинар
"ФИЛОСОФСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
КАК МЕТААНТРОПОЛОГИЯ"
Тема для обсуждения:
"Я И ЧУЖОЙ: КСЕНОФОБИЯ
В БЫТИИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКА" 

Руководитель семинара –

доктор философских наук, профессор

НАЗИП ХАМИТОВ

 

 

Запись
семинара

Обсудить 
на форуме

 
10.06.2017
Друзья!
Кафедра философской
антропологии Факультета философского
образования и науки
НПУ им. М.Драгаманова
продолжает работу литьературной
студии: 
«ФИЛОСОФСКОЕ ИСКУССТВО:
эссе, афоризмы, проза, поэзия»,
Очередное мероприятие
состоится
 20 апреля 2017 г.,
в 15.00 (кафедра философской
антропологии НПУ Драгоманова,
ул. Тургеневская,
8/14, аудитория 14-11). 
Вход свободный.)

 

 
18.04.2017
Уважаемые коллеги!
В Институте философии
НАН Украины
ул.Трехсвятительская 4, 3 этаж, 
зал заседаний Ученого совета 
14 апреля 2017 года (пятница), 
в 16:00 состоится
методологический семинар
"ФИЛОСОФСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
КАК МЕТААНТРОПОЛОГИЯ"
Тема для обсуждения:
"ВОЛЯ К ИННОВАЦИЯМ И СОПРОТИВЛЕНИЕ ТРАДИЦИЙ" 

Руководитель семинара –

доктор философских наук, профессор

НАЗИП ХАМИТОВ

 

 

Запись
семинара

Обсудить 
на форуме

 
11.03.2017
Уважаемые коллеги!
В Институте философии
НАН Украины
ул.Трехсвятительская 4, 
3 этаж, зал заседаний Ученого совета 
10 марта 2017 года (пятница),
 в 16:00
состоится методологический семинар
"ФИЛОСОФСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
КАК МЕТААНТРОПОЛОГИЯ"
Тема для обсуждения:
"СТРАХ И ВЕРА В ЖИЗНИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКА" 

Руководитель семинара –

доктор философских наук, профессор

НАЗИП ХАМИТОВ

 

 

Запись
семинара

Обсудить 
на форуме

 
22.01.2017
30 декабря 2016 года (пятница),
в 18:00 на телеканале ЦК (КГР ТРК)
в программе

"ИСКУССТВО ЖИЗНИ
С НАЗИПОМ ХАМИТОВЫМ"
обсуждается тема:
«ХАРИЗМАТИЧЕСКИЙ ЛИДЕР
В КРИЗИСНОМ ОБЩЕСТВЕ:
СПАСЕНИЕ ИЛИ ОПАСНОСТЬ?»

Гость программы –

доктор философских наук,

профессор

ИРИНА СТЕПАНЕНКО

Запись
программы

Обсудить 
на форуме

 
06.01.2017
23 декабря 2016 года (пятница),
в 18:00 на телеканале ЦК (КГР ТРК)
в программе

"ИСКУССТВО ЖИЗНИ
С НАЗИПОМ ХАМИТОВЫМ"
обсуждается тема:
«БОРЬБА С ПЛАГИАТОМ
В ГУМАНИТАРНОЙ СФЕРЕ:
ИМИТАЦИЯ И РЕАЛЬНОСТЬ»

Гость программы –

доктор культорологии,

профессор

ЕВГЕНИЯ БИЛЬЧЕНКО

Запись
программы

Обсудить 
на форуме

 
17.12.2016
Уважаемые коллеги!
В Институте философии
НАН Украины
ул.Трехсвятительская 4, 
3 этаж, зал заседаний Ученого совета 
9 декабря 2016 года (пятница),
 в 15:00
состоится методологический семинар
"ФИЛОСОФСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
КАК МЕТААНТРОПОЛОГИЯ"
Тема для обсуждения:
"ПРОБЛЕМА ДОСТОИНСТВА УЧЕНОГО" 

Руководитель семинара –

доктор философских наук, профессор

НАЗИП ХАМИТОВ

 

 

Запись
семинара

Обсудить 
на форуме

 
13.12.2016
9 декабря 2016 года (пятница),
в 18:00 на телеканале ЦК (КГР ТРК)
в программе

"ИСКУССТВО ЖИЗНИ
С НАЗИПОМ ХАМИТОВЫМ"
обсуждается тема:
«ПРОБЛЕМА ДОСТОИНСТВА
УЧЕНОГО В СОВРЕМЕННОЙ
УКРАИНЕ»

Гость программы –

доктор философских наук,

профессор

ОЛЬГА ГОМИЛКО

Запись
программы

Обсудить 
на форуме